Он и Она

Психологические корни эротического искусства

Повлияла ли новая эмоциональная среда, в которую оказался помешен человек XX в.. на традиционные формы его чувственности и сексуального поведения? Безусловно, красноречивый ответ на этот вопрос дает тот всеохватный анализ поисков жизненного смысла, который мы находим в произведениях таких классиков искусства XX в., как М. Пруст, Т. Манн, Г. Гессе. Г. Маркес, X. Кортасар, Ж. Амаду, и многих других. В художественном творчестве нашего времени эротическая тематика более чем когда-либо становится символом процессов, характеризующих общее духовное состояние человека и общества.

Но для того, чтобы говорить о вещах откровенно, искусство вынуждено вводить их в свой образный строй, оперировать тем, что есть на самом деле. Художник, поставивший перед собой задачу рассказать человеку новое о нем самом, не имеет права расчленять его внутренний мир, побуждения, разводить «верх» и «низ». Таким образом, чем шире и многообразнее становятся формы проявления сексуальности в психике реального человека, тем в большей мере они проникают и в искусство. Это противоречие негативного художественного содержания и реабилитирующей его формы, на которое уже не раз обращалось внимание в истории, продолжает сохранять значение и для новейшей художественной практики. Единственной мерой, обосновывающей авторский выбор, здесь может быть только уровень таланта. Т. Манн утверждают, что «только плохой натурализм культивирует патологическое ради него самого, патологическое допустимо в художественном произведении только как средство к духовным, поэтическим, символическим целям» [6].

Сам выдающийся писатель смело шел на такой шаг, когда в метаморфозах сексуального поведения видел обобщающий знак происходящего в современной культуре. Много написано о проницательности Т. Манна, художника, создавшего «Смерть в Венеции», где эротический сюжет наделен глубокой символикой, обнажившей исторические и социальные приметы перелома в аристократическом духе.

Жгучими словами воссоздает власть страсти, ее непосредственность, самоистязание М. Пруст. С большой силой чувства в романном цикуте «В поисках утраченного времени» писатель проигрывает разнообразные возможности, связанные с отношением к любви не как к реальному факту, а только как к субъективному насаждению. Показывая, как пассивный человек может превратиться в игралище собственной чувственности, как любовь к другому в этом случае непременно оказывается косвенной формой любви к самому себе, М. Пруст формирует и новый взгляд на симптомы изменяющейся психики личности: изображение вырождающегося чувства оценивается им как явление историческое.


Понравился этот пост? Подпишитесь на обновления моего блога по RSS Art-SexRSS или RSS Art-SexEmail!

Еще интересно почитать:

Пещерный секс

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Метки:

Комментировать